arbeite_4 (arbeite_4) wrote,
arbeite_4
arbeite_4

Category:

Тройка, семёрка , дама

Пиковая дама означает тайную недоброжелательность.
Новейшая гадательная книга
.
эпиграф к "Пиковой даме"


Хронология одного любовного треугольника, семи "поцелуев по почте" и тайной недоброжелательности, приведшими в итоге к дуэли на Черной речке в 1837 .

2 ноября 1836 года Идалия Полетика пригласила к себе Наталью Пушкину, а сама ушла из дома, оставив там одного Дантеса.
4 ноября 1836 года Пушкин и ещё 6 его друзей(все вхожи в карамзинский салон) получают по почте типовые анонимные письма-дипломы
следующего содержания
Кавалеры первой степени, командоры и кавалеры светлейшего ордена рогоносцев, собравшись в Великом Капитуле под председательством достопочтенного великого магистра ордена, его превосходительства Д.Л.Нарышкина, единогласно избрали г-на Александра Пушкина коадъютором великого магистра ордена рогоносцев и историографом ордена. Непременный секретарь граф И.Борх".
В переводе на современный и опуская подробности
http://discut1837.narod.ru/12.htm
А.С. объявляли рогоносцем и намекали на связь его жены с царем.
Пушкин выбирался в коадъютеры, или помощники, к Д.Л. Нарышкину. Последний считался знаменитым рогоносцем, ибо его супруга Марья Антоновна была в долголетней связи с покойным императором Александром I.В пасквиле содержался намёк на то, что и пожалованное Пушкину звание историографа и выделение из казны ссуды на издание «Истории Пугачёва» есть звенья одной порочной цепи.

http://travelkap.ru/statia/pakt/index.html
«Диплом», конечно, был злой и жестокой шуткой, но ведь и сам Пушкин шутил жестоко. Так, в светских салонах пользовалась успехом его шутка — о том, что граф Борх живёт со своим форейтором, а его жена — с их кучером. «Диплом», кстати, был за подписью «Непременного секретаря графа И. Борха».
http://www.peremeny.ru/blog/14125

Пушкин в первый момент по существу не среагировал на письмо и не оправдал надежд неизвестного оскорбителя. Он сказал: «Если кто-нибудь сзади плюнет на мое платье, так это дело моего камердинера вычистить платье, а не мое». Однако когда он показал листок с издевательскими намеками Наталье Николаевне, она неожиданно разоткровенничалась и рассказала о фактах, которые постороннему человеку могли дать повод для самых гнусных измышлений. Оказалось, что за два дня до этого произошла история, которую Натали от него скрыла. Она призналась, что имела свидание с Дантесом.
свидетельство княгини В.Ф. Вяземской, записанное Бартеневым. «Дантес был частым гостем Полетики, и однажды виделся там с Наталией Николаевной, которая приехала оттуда вся впопыхах и с негодованием рассказала, как ей удалось избегнуть настойчивого преследования Дантеса

http://kommersant.ru/doc/2286155

После чего Пушкин послал Дантесу первый вызов на дуэль и всё случилось дальше, как случилось, вплоть до 8 февраля (27 января) 1837 года.



В феврале Полетика посылает письмо арестованному Дантесу. «Бедный друг мой, — пишет она. — Ваше тюремное заключение заставляет кровоточить мое сердце… Мне кажется, что все то, что произошло, — это сон, но дурной сон. Я больна от страха». Об этих же событиях, по всей вероятности, она сообщает и в других своих письмах: «Я ни о чем, ни о чем не жалею» (3 октября 1837 года)

Невольно вспоминаю слова из записки Полетики на гауптвахту: «Прощайте, мой прекрасный и добрый узник. Меня не покидает надежда увидеть Вас перед Вашим отъездом. Ваша всем сердцем».


После 19 марта бесхитростная, ничего не подозревающая Екатерина посылает из Петербурга вслед уехавшему Дантесу свое недоуменное письмо, впервые приведенное Щеголевым, вероятно читавшим его с искренним удивлением: «…Идалия приходила вчера на минуту с мужем, она в отчаянии, что не простилась с тобой, говорит, что в этом виноват Бетанкур. В то время как она собиралась идти к нам, он ей сказал, что будет поздно, что ты, по всей вероятности, уехал. Она не могла утешиться и плакала, как безумная».
Некоторые пушкинисты считают, что Идалии была влюблена в Дантеса, а может быть, и была с ним в связи. Такой вывод можно сделать из писем к Дантесу, которые она посылала ему, когда он сидел под арестом после дуэли.

Вот несколько строчек из ее письма:
«...вы плохо меня знаете, ибо если я кого люблю, то люблю крепко и навсегда».

В психологических портретах Идалии и Дантеса было и еще общее обстоятельство: они занимали в свете полузаконное положение. Она — «воспитанница» графа Г. А. Строганова, «левая дочь», он — «приемный сын» развратного Геккерна.
Полубарон и полуграфиня — это было мучительно-унизительным.
Свет так и не признал Полетику, не допускал ее в высший круг, а о Дантесе помнил, что он подозрительное приобретение порочного «старика».





В 1888 году, за два года до смерти Полетики, в Одессу, где она доживала свой век, приезжал первый биограф Пушкина П.И. Бартенев. От встречи с ним Полетика отказалась. Она знала, что он собирает воспоминания о поэте. Знала и отчего-то не преминула сообщить, что желает поехать и плюнуть на воздвигаемый в городе памятник Пушкину. Удивленный Бартенев оставил об этом запись в дневнике.

источники
http://www.vokrugsveta.ru/vs/article/3880/
http://nearyou.ru/0pushkin/P/Poletika1.html


Исследователи недоумевали и недоумевают до сих пор: в чем загадка резкой смены отношения этой женщины к поэту? Известный биограф поэта, книги которого выдержали много переизданий, П.Е. Щеголев свой обзор материалов о Пушкине и Полетике заканчивает выводом: «Причины этой ненависти нам неизвестны и непонятны».
Близкие знакомцы Пушкина В.П. Горчаков и П.В. Шереметев вспоминают: однажды Идалия обратилась к поэту с просьбой написать «что-нибудь» в альбом. Причем, подчеркивают мемуаристы, это «не было просто просьбою простодушного сердца, а чем-то вроде требования по праву». Пушкин ответил, что он не мастер писать в альбомы. «Э, полноте, m-r Пушкин, — заметила Идалия. — К чему это, что за умничанье, что вам стоит!» И тут, сообщает свидетель, «Пушкин вспыхнул, но согласился». На следующий день, когда у хозяйки салона были гости, принесли альбом и стихи Пушкина были зачитаны вслух. Они воспевали хозяйку и были так прекрасны, что у Идалии глаза «вспыхнули самодовольством». Мемуарист говорит: «Знаю только то, что в этом послании каждый стих Пушкина до того был лучезарен, что, казалось, брильянты сыпались по золоту, и каждый привет был так ярок и ценен, как дивное ожерелье, нанизанное самою Харитою в угоду красавице. Но через час-другой один из гостей вновь прочитал стихотворение и, поняв, в чем дело, невольно вскрикнул: «Боже, что это?!». Затем в указанное место посмотрела хозяйка и «вся вспыхнула, на лице выступили пятна, глаза сверкнули, и альбом полетел в другую комнату». Оказывается, в конце стихотворения вместо истинной даты его написания Пушкин поставил... 1 апреля.

http://kommersant.ru/doc/2286155

Что конкретно написал Александр Сергеевич Идалии в альбом пушкинистам неведомо, но в гугле смог найти только один его стих соответствующий данным условиям и без указания кому он посвящён.



*
"…Полетике скажи, что за её поцелуем явлюсь лично, а что-де на почте не принимают."
из письма Пушкина жене 1833г.
** В высшем обществе у Идалии Полетика было прозвище "мадам Интрига"

PS.
Когда в 1824 году в Греции погибнет Байрон, а его мемуары по настоянию вдовы и сестры будут уничтожены издателем, возмущенный Вяземский с горечью напишет о судьбе мемуаров Пушкину. «Черт с ними! — ответит Поэт. — Мы знаем Байрона довольно. Толпа жадно читает исповеди, записки etc., потому что радуется унижению высокого, слабостям могущего. Он мал, как мы, он мерзок, как мы! Врете, подлецы: он мал и мерзок— не так, как вы, — иначе. Оставь любопытство толпе и будь заодно с гением».

Не соглашусь с А.С., творения бывают и красивее, и возвышенней своих творцов, но интересней быть не могут. Один Бог судья женщине, которая кстати судя по её портретам действительно была очень красива, письменно ответившей на письменное же оскорбление и создавшей эту смертельную для Поэта интригу, как и не нам судить о его многочисленных дуэльных историях, больших карточных долгах и резких эпиграммах.

PPS. А вот свидетельства об ещё одной героине этой истории.Тоже красивой..


Долли Фикельмон: "…невозможно быть прекраснее, ни иметь более поэтическую внешность, а между тем у нее немного ума и даже, кажется, мало воображения".

Сергей Киселев, приятель поэта: "Пушкин женится на Гончаровой, между нами сказать, на бездушной красавице, и мне сдается, что он бы с удовольствием заключил отступной трактат".

Туманский, приятель поэта: "Не воображайте, однако же, что это было что-нибудь необыкновенное. …у нее нет вкуса, это было видно по безобразному ее наряду, что у нее нет ни опрятности, ни порядка, о том свидетельствовали и запачканные салфетки, и скатерть, и расстройство мебели и посуды".

Карл Брюллов — после посещения дома Пушкиных: "На кой черт ты женился?!"

Сама Наталья: "Господи, до чего ты мне надоел со своими стихами, Пушкин!"

Князь А. В. Трубецкой: "Манера Дантеса просто оскорбляла его, и он не раз высказывал желание отделаться от его посещений. Nathalie не противоречила ему в этом. Быть может, даже соглашалась с мужем, но, как набитая дура, не умела прекратить свои невинные свидания с Дантесом. Быть может, ей льстило, что блестящий кавалергард всегда у ее ног. Когда она начинала говорить Дантесу о неудовольствии мужа, Дантес, как повеса, хотел слышать в этом как бы поощрение к своему ухаживанию. Если б Nathalie не была так непроходимо глупа, если бы Дантес не был так избалован, все кончилось бы ничем".

Князь Петр Вяземский — в первые дни после смерти Пушкина: "Пушкин был прежде всего жертвою бестактности своей жены и ее неумения вести себя…"

Софья Карамзина — спустя несколько дней после смерти Пушкина: "Нет, эта женщина не будет неутешной… Бедный, бедный Пушкин! Она его никогда не понимала".

Пушкинист Дружников: "Поначалу Пушкин пел Наталье Николаевне те же вдохновенные песни, что и другим своим возлюбленным (иных он женщинам и не пел), но поэзия пролетала мимо нее. Зато ее воодушевляли пошлости, сказанные случайными волокитами".

Писатель Вересаев: "Когда с близким человеком случается беда, иные женщины, даже совсем как будто слабые и беспомощные, вдруг исполняются невероятной силы, энергии, и, забыв совершенно себя, целиком уходят в помощь близкому. Есть другие женщины: при беде с близким человеком они сами становятся беспомощными, падают в обмороки, бьются в судорогах, не только не помогают окружающим, но отвлекают на уход за собою силы, нужные для близкого. …В тяжкие предсмертные дни Пушкина ей было не до ухода за умирающим; напротив, всем приходилось ухаживать за нею, все заботились о ней, и в первую голову — сам умиравший".

Пушкинист Щеголев: ""При скудности духовной природы главное содержание внутренней жизни Натальи Николаевны давал светско-любовный романтизм. Красивейшая женщина, она делала мужа объектом светского вращения, которое он любил и сам, но тут не мог собой управлять. Всеобщее ухаживание за красоткой сделало его подозрительным, ревнивцем, Отелло… Пушкин беспрестанно упрекает и предостерегает жену от кокетничанья, а она все время делится с ним своими успехами в этом ремесле и беспрестанно подозревает Пушкина в изменах и ревнует его".

Из дневника фрейлины Мари Мердер, 5 февраля 1836 г.: "В толпе я заметила Дантеса, но он меня не видел… Мне показалось, что глаза его выражали тревогу, — он искал кого-то взглядом и внезапно исчез в соседней зале. Через минуту он появился вновь, но уже под руку с г-жою Пушкиной. До моего слуха долетело:

- Уехать — думаете ли вы об этом — я этому не верю — вы этого не намеревались сделать…

Выражение, с которым произнесены эти слова, не оставляло сомнения насчет правильности наблюдений, сделанных мною ранее: они безумно влюблены друг в друга! Пробыв на балу не более получаса, мы направились к выходу: барон танцевал мазурку с г-жою Пушкиной. Как счастливы они казались в эту минуту!"

Марина Цветаева — о Пушкине и Гончаровой: "Он хотел нуль, ибо сам был всё".

Уже в марте 1837 года А. Карамзин пишет о вдове: "Странно, я ей от всей души желал утешения, но не думал, что мои желания так скоро исполнятся…"

Долли Фикельмон — Екатерине Тизенгаузен: "По-видимому, госпожа Пушкина снова появляется на балах. Не находишь ли ты, что она могла бы воздержаться от этого? Она стала вдовою вследствие такой ужасной трагедии, и ведь она была её причиною!"

Екатерина Геккерн — перед уездом за границу: "Я готова забыть прошлое и всё Наталье простить…"

Я. К. Грот — П. А. Плетневу: "…из её разговора я с грустью вижу, что в сердце её рана уже зажила! Боже! Что же есть прочного на земле?"

Е. Н. Карамзина 17 февраля 1837 г. так писала сыну об отъезде Натальи в Полотняный завод: "Она… слишком занималась упаковкой вещей… Кажется, совсем не была тронута, когда прощалась с Жуковским, Данзасом и Далем, этими тремя ангелами-хранителями, которые окружали постель ее умирающего мужа и так много сделали, чтобы смягчить его последние минуты… Ей можно было бы проявить больше чувства".

Снова Карамзина: "Больно сказать, но это правда: великому и доброму Пушкину следовало иметь жену, способную лучше понять его и более подходящую к его уровню… Бедный, бедный Пушкин, жертва легкомыслия, неосторожности, опрометчивого поведения своей молодой красавицы-жены, которая, сама того не подозревая, поставила на карту его жизнь против нескольких часов кокетства".


http://www.pravda.ru/culture/culturalhistory/personality/27-08-2007/236361-goncharova-0/
Subscribe

  • Противопоказаний не было

    В Бишкеке после получения вакцинации скончалась 46-летняя Назгуль Исакова. Об этом сообщают родственники погибшей. По словам ее снохи Турсунай…

  • Не в следствии, а после

    В Каменске-Уральском умер фотограф Алексей Фадеев. Он не дожил до 44-го дня рождения всего месяц. По словам невесты Юлии Крейдиной, ранее жених на…

  • Три человека

    В г.Белорецк после вакцинации умер Юрий Гаврилюк Несколько дней назад в социальной сети Вконтакте появились сообщения о смерти мужчины в г. Белорецк…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

  • 6 comments